Лекция 14

ПЕРЕХОД К УСТОЙЧИВОМУ РАЗВИТИЮ

Развитие Человечества в прошлом веке было ориентировано на быстрый рост экономики, что привело к беспрецедентному по масштабам вредному воздействию на биосферу.

Возникли противоречия между всевозраставшими потребностями мирового сообщества и ограниченными возможностями биосферы по их удовлетворению. Богатства, способность обеспечивать развитие вида Homo sapiens и возможность самовосстанавливаться оказались у Природы достаточно ограниченными.

Было доказано, что устранение возникших противоречий и дальнейшее улучшение качества жизни людей возможно только в рамках стабильного социально-экономического развития, не разрушающего естественный биотический механизм саморегуляции Природы.

Термин «sustainable development», переведенный с английского как «устойчивое развитие» (переводами: «развитие, которое поддерживает само себя», «самоподдерживающееся развитие» или «сбалансированное развитие»), впервые был применен в 1980 г. в докладе «Всемирная стратегия охраны природы», подготовленном Международным союзом охраны природы и природных ресурсов. Однако всеобщее внимание к идее с таким названием было привлечено только в 1987 г. после публикации доклада  «Наше общее будущее», представленного в ООН Комиссией по окружающей среде и развитию.

На Конференции ООН в Рио-де-Жанейро теория устойчивого развития составила концептуальную основу принятых решений. В ее документах устойчивое развитие определяется как развитие, позволяющее на долговременной основе обеспечить стабильный экономический рост, не приводящий к деградационным изменениям ОС.

В конце XX в. понятие «устойчивое развитие» стало распространенным во всем мире, широко используемым в научной и популярной литературе, часто звучащим в выступлениях государственных и политических деятелей. Тем не менее осмысление этого понятия, поиск его определения продолжаются.

Понятие «устойчивое развитие» в наши дни трактуется как в узком, так и в широком смыслах. В узком смысле подчеркивается его экологическая составляющая, акцентирующая внимание на необходимости оптимизации хозяйственной деятельности человека в биосфере. Таков подход специализированных учреждений ООН. Например, специалисты ФАО связывают выход на уровень устойчивого развития с созданием такого аграрного сектора, который обеспечивал бы полноценное удовлетворение потребностей настоящего и будущих поколений при сохранении природно-ресурсного потенциала биосферы, существующего в настоящее время.

В широком смысле устойчивое развитие понимается как процесс, соответствующий новому типу функционирования цивилизации, с экономическими, социальными, экологическими, культурными параметрами, радикально отличными от сложившихся исторически, т. е. ставится задача оптимизации управления не только природно-ресурсным потенциалом, но и всей совокупностью природно-социокультурного богатства. По существу, речь идет о комплексной системе показателей, определяющей динамику устойчивого развития цивилизации, или о современной трактовке учения о ноосфере, т. е. к достижению гармонии Общества и Природы.

Сроки, полнота и, главное, - «цена» перехода Общества к устойчивому развитию в соответствии с современным экологическим императивом (всеобщим обязательным законом) зависит от решения четырех основных задач современности:

• сохранение уцелевших и восстановление до уровня естественной продуктивности ряда деградировавших экосистем;

• рационализация потребления;

• «экологизация» производства;

• нормализация численности населения.

Поскольку биосфера, являясь регулятором состояния ОС, представляет собой единую систему, то полноценный переход к устойчивому развитию возможен только в масштабах мирового сообщества при эффективном международном сотрудничестве. Тем не менее особую роль играет ряд стран, одной из которых является Россия, обладающая большими территориями, фактически не затронутыми хозяйственной деятельностью и являющимися резервом устойчивости биосферы в целом.

В наши дни часто встречается мнение, что современное экономическое положение России не дает возможности всерьез заниматься проблемами охраны ОС, поэтому можно (а значит, и нужно) подождать. Сначала следует решить острые задачи выхода из экономического кризиса, а потом можно будет заняться и долгосрочными экологическими проблемами.

Нельзя забывать и о том, что наша страна географически расположена в одной из самых суровых частей планеты — на Севере Евразии. Даже в Канаде самый северный город расположен на широте Курска, а у нас большая часть территории имеет более сложные климатические условия. В частности, в России вегетационный период растений минимум на сто дней короче, чем во Франции. Тем не менее, наш народ не только смог выжить на этой суровой земле, но и создать великую культуру, великую науку, стать одной из ведущих стран мира.

В связи с этим при поиске верного (и желательно оптимального) пути перехода к устойчивому развитию следует обратить внимание на точку зрения, высказанную В. И. Даниловым-Данильяном и К. С. Лосевым (1996, 2000):

«Для России переход к устойчивому развитию может быть осуществлен даже менее болезненно, чем для весьма многих других стран, и не только по той причине, что у нас сохранилось беспрецедентно много естественных экосистем.

...весьма вероятно, что слом стереотипа технологического оптимизма и перепотребления (для развитых стран, например, США) или преодоление установки на многодетную семью (для развивающихся стран) — задача еще более трудная, чем реконструкция хозяйства, воспитание деловой активности и рачительности (хотя, конечно, как и у наших соседей по планете, наши проблемы не сводятся к одной или двум)».

В апреле 1996 г. Указом Президента № 440 утверждена «Концепция перехода Российской Федерации к устойчивому развитию», а на заседании правительства в 1997 г. одобрена «Государственная стратегия устойчивого развития РФ».

Особое внимание в Концепции уделяется тому, что вывод Конференции ООН (Рио-де-Жанейро, 1992) чрезвычайно актуален для России. Удельное (в расчете на единицу производимого продукта) негативное воздействие на ОС в нашей стране существенно выше, чем в технологически развитых странах, большая часть производственных фондов отечественной экономики не отвечает современным требованиям.

Более половины населения России сосредоточено на 16% территории, которые характеризуются как экологически неблагополучные.

Тем не менее при глобальной оценке состояния ОС в России, по мнению Его Королевского Величества принца Филиппа, почетного президента Всемирного фонда дикой природы (WWF):

«...только Россия еще способна потрясти богатством своего природного наследия. Сберечь эту удивительную природу - вот шанс выжить будущим поколениям».

С высокой степенью вероятности можно считать, что антропогенно ненарушенная часть составляет около 65% территории нашей страны, тогда как для всей суши Земли в целом (без учета ледяных, скальных и оголенных поверхностей) она составляет, по данным спутниковых наблюдений, всего около 27%.

Груз накопленных в прошлом проблем и специфика переживаемого переходного периода в экономике - предопределяют сложность и болезненность необходимых преобразований.

Авторы Концепции исходят из того, что устойчивое развитие - это такое развитие общества, при котором все воздействия на ОС остаются в пределах хозяйственной емкости биосферы, так что не разрушается природная основа для воспроизводства жизни.

В Концепции, в частности, утверждается, что механизмы разработки и принятия решений должны быть ориентированы на соответствующие приоритеты, основанные на следующих критериях:

• никакая хозяйственная деятельность не может быть оправдана, если выгода от нее не превышает вызываемого ущерба;

• ущерб ОС должен быть на столь низком уровне, какой только может быть разумно достигнут с учетом экономических и социальных факторов.

Предусматривается последовательное решение следующих принципиальных задач:

• в процессе выхода страны из нынешнего кризиса обеспечить стабилизацию экологической ситуации;

• добиться коренного улучшения состояния ОС за счет экологизации экономической деятельности, широкого распространения экологически ориентированных методов управления;

• ввести хозяйственную деятельность в пределы емкости экосистем путем массового внедрения современных экологически оптимальных технологий, изменением структуры экономики, а также структуры личного и общественного потребления.

В Концепции предполагается следующий поэтапный переход России к устойчивому развитию:

I — стабилизация социально-экономического развития и создание нормативно-правовой базы для экологизации хозяйственной деятельности и оздоровления ОС на экологически неблагополучных территориях;

II — достижение нормативного уровня состояния ОС;

III — гармонизация развития Общества и Природы.

Переход к устойчивому развитию требует скоординированных действий во всех сферах жизни нашего общества, адекватной переориентации социальных, экономических и экологических институтов государства. Он предполагает строгое соблюдение ряда ограничений, следовать которым будет нелегко, особенно на начальных этапах. Важный фактор обеспечения этого процесса — создание системы всеобщего, комплексного и непрерывного экологического воспитания и образования как всех слоев общества, так и тех, чья хозяйственная деятельность связана с воздействием на ОС.

 

Путь к новой парадигме развития

Назревание конфликта между человеком и природой предсказывалось с незапамятных времен, и в большинстве этих предсказаний конфликт должен был разрешиться в пользу природы. Иероглифический петроглиф на пирамиде Хеопса гласит: «Люди погибнут от неумения пользоваться силами природы и от незнания истинного мира». Близкие по смыслу пророчества содержатся в религии персов, в индийских ведах и в Библии. Основания для подобных суждений находили и ученые. Одно из ярких высказываний принадлежит Ж.Б.Ламарку (1820): «Можно, пожалуй, сказать, что назначение человека как бы заключается в том, чтобы уничтожить свой род, предварительно сделав земной шар не пригодным для обитания».

В наше время можно найти много высказываний о самоубийственном потенциале развития человечества. Но если в давние времена они были частью религиозной пропаганды человеческого смирения или прозрениями пессимистической философии, то сегодня они стали научно обоснованными выводами из анализа глобального развития. «Сейчас, в конце 20 столетия, — пишет Ф.Рамад в «Основах прикладной экологии» (1981), — никто не станет отрицать, что только радикальное изменение взаимоотношений между человеком и природой позволит нам избежать судьбы динозавров». Вряд ли можно упрекнуть в больших преувеличениях и тезисы из «Теогносеологии» экономиста П.Г.Олдака (1995): «Встав на путь преобразования природы, человечество открыло тур великого состязания — кто придет к финишу первым: общество, создав предпосылки высокоразвитой природоохранной ступени развития, или Природа, исчерпав свои возможности нести бремя самоедских цивилизаций. Десять тысяч лет, более трехсот поколений творили материальное богатство путем разрушения природных богатств (экосистем всех уровней) и вконец промотали резервы развития за счет Природы, так и не подготовившись жить в согласии с ней».

Эмоциональность подобных высказываний сложилась под влиянием алармизма первых научных прогнозов мирового развития, появившихся в 70-х годах XX века.

Модели мировой динамики. В 1968 г. по инициативе одного из экономических директоров компании «Фиат» А.Печчеи группой ученых и общественных деятелей был создан «Римский клуб» — небольшая, но авторитетная международная неправительственная организация. Ее члены поставили своей целью построить прогнозы близкого будущего и представить мировому сообществу доводы о необходимости мер для предотвращения глобального эколого-экономического кризиса. Впервые на основе компьютерного системного анализа и теории многоуровневых иерархических систем они попытались создать математические модели глобального динамического единства экономических, технических, социальных и экологических систем. По существу речь шла о прогнозе поведения системы экосферы.

В 1971 г. Дж.Форрестер в книге «Мировая динамика» привел результаты расчетов возможных вариантов мирового развития. По одному из сценариев выходило, что при сохранении в будущем тенденций развития, характерных для 60-х годов, численность населения планеты к 2030-2050 гг. достигнет 6,5 миллиардов, после чего в результате резкого истощения природных ресурсов, загрязнения и других непоправимых изменений окружающей среды начнется вымирание людей, которое за 20-30 лет приведет к снижению численности населения Земли до 1,5-2 млрд человек. Довольно быстро стало ясно, что прогноз Форрестера недостаточно надежен (численности 6,5 млрд человечество достигнет гораздо раньше, в 2006 г., а глубокое истощение ресурсов отодвигается), но многие выявленные тенденции и примененные приемы анализа сохранили свое значение.

В 1972 г. был опубликован первый доклад «Римского клуба» — «Пределы роста», составленный группой авторов под руководством Д.Медоуза. В нем прослеживалась динамика численности населения, производства продуктов питания, промышленных товаров, потребления ресурсов и загрязнения среды с экстраполяцией до 2000 г. Рассматривались четыре сценария: продолжение истощения ресурсов («бизнес как обычно»); неограниченность ресурсов; ограничение роста населения и техногенеза и стабилизационный сценарий. В докладе «Пределы роста» приближены прогнозируемые сроки кризиса по сравнению с оценками Форрестера и обосновывается неизбежность ограничения физических объемов экономического роста. Делается вывод, что сохранение темпов промышленного роста приведет человечество к порогу гибели уже в конце века. «Человек еще может сам, — говорится в докладе, — выбрать пределы роста и остановиться, когда пожелает, путем ослабления некоторых из сильных воздействий на природу, вызванных приростом капитала или населения, или путем контрвоздействия или одновременно двумя путями».

В «Мировой динамике» и в «Пределах роста» недостаточно учитывалась эколого-экономическая мозаичность и пестрота мира. Поэтому в следующем проекте «Римского клуба» — «Человечество у поворотного пункта» (1974), подготовленном под руководством М.Месаровича и Э.Пестеля, осуществлена региональная дифференциация динамики и прогнозов экономического развития и экологических ситуаций. Мир представлен в виде 10 регионов (Северная Америка, Западная Европа, Япония, Австралия и Южная Америка, СССР и Восточная Европа, Латинская Америка, Северная Африка и Ближний Восток, Тропическая Африка, Южная Азия и Китай). Авторы приходят к выводу, что в ближайшие десятилетия миру угрожает не глобальная катастрофа, а серия региональных кризисов, часть из которых наступит раньше, чем предсказывали Форрестер и Медоуз. Итог анализа — обоснование необходимости «ограниченного роста».

Начиная с 80-х годов глобальные и региональные модели развития не стремятся к универсальности и приобретают характер более строгих проблемных прогнозов — общеэкономических, демографических, энергетических, продовольственных, климатических. Их методической основой стала значительная часть арсенала современных напраапений в математике и вычислительной технике. Понятия пределов роста и пределов ресурсов органично входят в их методологию и уже не несут оттенка сенсационности. То. что сухие научные выводы этих прогнозов не содержат причитаний о «конце света», не делает их более оптимистичными. Они указывают на глубокий кризис материально ориентированного общественного развития и на необходимость пересмотра системы ценностей, к которой привыкло человечество.

Спустя 20 лет после опубликования первого доклада «Римского клуба» теми же авторами подготовлено новое фундаментальное исследование «За пределами роста». В этой работе приводятся доказательства того, что при сохранении пагубных тенденций разрушения природных систем и игнорирования законов экологически ориентированного развития глобальная катастрофа на Земле неизбежна. Вместе с тем, используя методы системной динамики, математического моделирования, авторы показывают, что переход к устойчивому обществу еще возможен. Для этого необходимо принять комплекс мер в области защиты окружающей среды, экономики, социальной психологии и т.д.

Стокгольм-72. Идея экоразвития. Пионерные проекты «Римского клуба» отразили глубокую озабоченность мирового сообщества состоянием окружающей среды и перспективами развития цивилизации. Эта ситуация совпала с подготовкой и проведением Первой Всемирной конференции по окружающей среде в Стокгольме в 1972 году. В ней участвовали представители 113 государств. Генеральный секретарь Конференции Морис Стронг впервые сформулировал понятие экоразвития — экологически ориентированного социально-экономического развития, при котором рост благосостояния людей не сопровождается ухудшением среды обитания и деградацией природных систем.

С самого начала было ясно, что практическая реализация идеи экоразвития — одна из главных, если не самая главная (после устранения угрозы ядерной войны) задача современности, и задача исключительно сложная. Она предполагает коренное изменение хода мирового развития, стратегии использования и распределения ресурсов, глубокие преобразования в экономике и межгосударственных отношениях. Исследования и разработка программ велись по нескольким направлениям:

♦ обобщение информации о тенденциях мировой динамики, составление прогнозов развития и сценариев эколого-экономических ситуаций при различных вариантах экономического роста и экономической специализации;

♦ естественнонаучное прогнозирование состояния биосферы, крупных региональных природных комплексов и изменений климата под влиянием техногенных воздействий;

♦ изучение возможностей экологической регламентации использования природных ресурсов и качественной эколоизации производства для уменьшения антропогенного давления на окружающую среду;

♦ организация международного сотрудничества и координация усилий в области решения региональных и национальных задач экоразвития и управления природопользованием.

Это потребовало создания специальной структуры — Программы ООН по окружающей среде (ЮНЕП). В задачи ЮНЕП входила разработка рекомендаций по наиболее острым проблемам наступающего экологического кризиса — опустыниванию, деградации почв, сокращению запасов пресной воды, загрязнению океана, вырубке лесов, утрате ценных видов животных и растений. ЮНЕП использовала опыт программы ЮНЕСКО «Человек и биосфера» и продолжала тесное сотрудничество с ней.

МКОСР. «Наше общее будущее». В 1983 году по инициативе Генерального Секретаря ООН была создана Международная Комиссия по окружающей среде и развитию (МКОСР). Ее возглавила премьер-министр Норвегии Г.Х.Брунтланд. МКОСР была призвана вскрыть проблемы, объединяющие экологическую и социально-экономическую озабоченность людей в разных регионах мира, прежде всего развивающихся стран.

В 1987 г. был опубликован отчет МКОСР под названием «Наше общее будущее» (русский перевод 1989 г.). Этот документ резко обострил вопрос о необходимости поиска новой модели цивилизации. В нем ярко показана невозможность ставить и решать крупные экологические проблемы вне их связи с социальными, экономическими и политическими проблемами. Комиссия заявила, что экономика должна удовлетворять нужды людей, но ее рост должен вписываться в пределы экологических возможностей планеты. Прозвучал призыв к «новой эре экономического развития, безопасного для окружающей среды».

В отчете МКОСР с небывалой силой прозвучала мысль об ответственности перед будущими поколениями:

«Многие усилия, прилагаемые в настоящее время в целях обеспечения прогресса человечества, удовлетворения человеческих потребностей и реализации человеческих устремлений, просто нереальны в долговременной перспективе, поскольку как в богатых, так и в бедных странах они опираются на чрезмерную и слишком быструю эксплуатацию ресурсов окружающей среды, которые и без того истощены и не смогут поддерживать процесс развития в сколь-либо длительной перспективе, так как будут полностью исчерпаны. На счету нашего поколения может сохраниться положительное сальдо, однако наши дети унаследуют только убытки. Мы заимствуем «экологический капитал» у будущих поколений, отнюдь не намереваясь и не имея возможности вернуть долг. Они, быть может, проклянут нас за наше расточительство, но никогда не смогут добиться возврата капитала. Мы так ведем себя по той причине, что некому заставить нас возвращать долги: будущие поколения не голосуют, они не имеют ни политической, ни финансовой власти; они не могут оспорить наши решения. Нынешнее расточительство быстро ограничивает возможности будущих поколений».

С овремени опубликования и одобрения Генеральной Ассамблеей ООН доклада Комиссии Брунтланд в международный обиход вошло понятие «sustainable development», обычно переводимое на русский как устойчивое развитие и близкое к понятию экоразвития. Под ним понимают такую модель социально-экономического развития, при которой достигается удовлетворение жизненных потребностей нынешнего поколения людей без того, чтобы будущие поколения были лишены такой возможности из-за исчерпания природных ресурсов и деградации окружающей среды.

Рио-92. В июне 1992 г. в Рио-де-Жанейро состоялась Конференция ООН по окружающей среде и развитию (КОСР-92). В ней приняли участие главы, члены правительств и эксперты 179 государств, а также представители многих неправительственных организаций, научных и деловых кругов. Проблемы глобальной экологии на Конференции зазвучали на языке актуальной международной политики.

Ко времени открытия КОСР-92 в мире произошли большие изменения. Опасные глобальные тенденции, отмечавшиеся еще за 20 лет до этого в Стокгольме, многократно усилились. Человечество пережило Чернобыль. Распались тоталитарные системы Восточной Европы и СССР, окончилось военное противостояние великих держав, возникли реальные предпосылки для разоружения и сокращения военных бюджетов. По иронии истории ни футурологи Запада, всегда робко касавшиеся будущего коммунистической системы, ни тем более их критики в СССР не могли предвидеть столь стремительного исторического поворота. Только сейчас его стали считать вполне закономерным.

В новой исторической ситуации стало очевидным и то, что возросшая демократичность мира, открытость границ и информированность масс находятся в остром противоречии с экономическим неравенством людей и стран, их участием в использовании ресурсов планеты, с неблагоприятной экологической обстановкой во многих регионах Земли. Как выразился один из участников Конференции, «будет просто трагедией, если окончание холодной войны послужит прологом к еще более тяжелой войне между богатыми и бедными странами».

В качестве центральных идей КОСР-92 постулировала:

♦ необходимость перехода мирового сообщества на рельсы экологически ориентированого и устойчивого долговременного развития;

♦ неизбежность компромиссов и жертв, особенно со стороны развитых стран, на пути к более справедливому миру и устойчивому развитию;

♦  невозможность движения развивающихся стран по пути, которым пришли к своему благополучию развитые страны;

♦  требование ко всем слоям общества во всех странах осознать безусловную необходимость такого перехода и всячески ему способствовать.

Конференция приняла несколько важных документов. Среди них:

♦  Декларация Рио по окружающей среде и развитию.

♦ Заявление о принципах глобального консенсуса по управлению, сохранению и устойчивому развитию всех видов лесов

♦ Повестка дня на XXI век — документ, ориентированный на подготовку мирового сообщества к решению эколого-экономических и социально-экономических проблем близкого будущего.

Кроме того, в рамках Конференции были подготовлены Рамочная конвенция об изменении климата и Конвенция о биологическом разнообразии. Все документы КОСР-92 пронизывает концепция устойчивого развития. Декларация Рио-92 призывает все государства принять ответственность за все формы деятельности, наносящие ущерб окружающей среде в других странах, информировать другие страны о потенциально возможных и совершившихся техногенных и природных катастрофах, наращивать эффективность природоохранного законодательства, не допускать перенесения на территорию других государств источников экологической опасности.

В документах КОСР-92 записано, что мировое сообщество должно приблизиться к введению системы цен на все виды ресурсов с полным учетом ущерба, наносимого окружающей среде и будущим поколениям, а также к применению квот на загрязнение среды.

Переход к квотированию означает, что многим странам в будущем придется покупать квоты, в частности на эмиссию СО, или выхлопы автомобильных двигателей. При этом страны с высоким удельным уровнем потребления ресурсов окажутся в невыгодном положении.

Многие вопросы на Конференции вызывали острую полемику. Но центральной стала проблема экономического неравенства стран. Было подчеркнуто, что каждый ребенок, родившийся в развитой части мира, потребляет в 20-30 раз больше ресурсов планеты, чем ребенок в стране третьего мира. Процессы экономического роста, которые порождают высокий уровень благополучия богатого меньшинства, ведут одновременно к рискам и дисбалансам, которые в равной мере угрожают и богатым, и бедным. Одним из фундаментальных требований новой модели развития цивилизации, которое обосновал Генеральный секретарь Конференции Морис Стронг, является отказ мирового сообщества от экономического стереотипа, который рассматривает неограниченный рост как прогресс.

«Повестка дня на XXI век», принятая в Рио, — это беспрецедентный по масштабу перечень намерений, претендующий на квалификацию в качестве всемирной программы действий. Документ продолжает и развивает идеологию и рекомендации, отраженные в отчете МКОСР «Наше общее будущее». В нем констатируется:

«Человечество переживает решающий момент в истории. Противоречия между сложившимся характером развития и природой достигли предела. Дальнейшее движение по этому пути ведет к глобальной катастрофе, когда природа отплатит человечеству за надругательство над ней своими глобальными ответными реакциями — изменением климата, засухами, опустыниванием, усилением проникновения через атмосферу жесткого ультрафиолетового излучения, непредсказуемыми генетическими изменениями, эпидемиями, голодом и мором».

Повестка дня на XXI век отражает глобальный консенсус и принятие на самом высоком уровне политических обязательств в отношении сотрудничества по вопросам развития и окружающей среды. Ответственность за ее успешное осуществление ложится прежде всего на правительства.

«Правительствам... следует принять национальную стратегию устойчивого развития на основе решений, принятых на Конференции, включая Повестку дня на XXI век... К числу ее целей должно относиться обеспечение социально надежного экономического развития, при котором осуществляются мероприятия по охране ресурсов и окружающей среды в интересах будущих поколений. Она должна разрабатываться при самом широком участии всех слоев общества».

Понятно, что на осуществление всего комплекса мер нужны очень большие средства, в которых в первую очередь заинтересованы развивающиеся страны и государства, переходящие к рыночной экономике. По оценке Секретариата Конференции на осуществление в этих странах мероприятий по Повестке дня на XXI век потребуется свыше 600 млрд долларов, в том числе 125 млрд, которые должны быть предоставлены мировым сообществом в виде субсидий или кредитов на льготной основе.

В 1997 г. на специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН «Рио-92+5», принята Программа действий по дальнейшему осуществлению «Повестки дня на XXI век». В ней вновь подтверждается приверженность принципам, целям и задачам устойчивого развития, изложенным в документах конференции в Рио-де-Жанейро. В то же время выражается обеспокоенность тем, что несмотря на достижение ряда позитивных результатов, общие тенденции в области устойчивого развития остаются хуже, чем в 1992 г. Кроме этого пересмотрена оценка общей суммы субсидий, необходимых для реализации задач «Повестки»: по мнению большой группы экспертов она составляет от 1,2 до 1,5 триллиона долларов. Однако мобилизация таких средств в пределах ближайшего десятилетия весьма проблематична.

В контексте всего того, что мы сегодня знаем о реальном состоянии экосферы, положения концепции устойчивого развития звучат не как идеология конкретных действий, а как наивно-оптимистическая надежда. Не может не бросаться в глаза резкий контраст между между реальными тендециями развития и декларациями устойчивого развития. Эта концепция пытается примирить непримиримое: сохранить по возможности цивилизацию потребления, так как она «отвечает потребностям ныне живущих и будущих поколений людей», и решить задачу сохранения природы в рамках цивилизации, уничтожающей природу. Это невозможно.

Чувствуется, что концепцию устойчивого развития разрабатывали вполне благополучные интеллектуалы. Отсюда преувеличение «способности биосферы справляться с последствиями человеческой деятельности», лицемерные сентенции о нищете, надежда на то, что толстосумы согласятся основательно раскошелиться, пустые слова о политической воле. В конечном счете все это выглядит как пропагандистская и совершенно беспомощная попытка сделать всех здоровыми и богатыми и обойти закон «на всех не хватит».

В концепции нет ни слова о необходимости остановить количественный экономический рост и сократить масштабы материального производства, ограничить его пределами хозяйственной емкости биосферы. Наоборот, «устойчивое развитие» воспринимается большинством именно как устойчивый экономический рост. Лозунги устойчивого развития охотно используются в научных и политических кругах России. В «Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию», кстати, утвержденной Указом Президента РФ от 1 апреля 1996 г., отмечено: «Идеи устойчивого развития оказываются чрезвычайно созвучными духу и менталитету России».

Первоначальная трактовка понятия sustainable development в экологической экономике означает поддерживающее развитие, т.е. развитие на экологически допустимом уровне, без количественного роста потребления природных ресурсов. В концепции устойчивого развития этот смысл искажен и превращен в плохо завуалированное и абсолютно безнадежное желание богатых стран и слоев общества сдержать стремление бедных к повышению благосостояния. Многократное повторение тезиса о том, что развивающиеся страны не должны следовать по пути, которым пришли к своему богатству и благополучию развитые страны, воспринимается в развивающихся странах как социально-политическая дискриминация. Несовершенство модели устойчивого развития обусловлено стремлением сделать так, чтобы она по возможности  удовлетворяла всех.

В западной   экологической литературе понятия устойчивость (stability) и способность поддерживать (sustainability) принципиально различны (Smith, 1996).